В Беларуси выходят провокационные мемуары Петра Марцева

Книга о жизни известного белорусского бизнесмена и издателя Петра Марцева, основателя газет “БДГ” и “Имя”, выйдет в конце 2016 года.

 

В Беларуси выходят провокационные мемуары Петра Марцева
25 мая на Ulej стартовала краудфандинговая кампания книги «Осторожно, Марцев!». Книгу готовит к публикации главред интернет-журнала kyky.org Саша Романова.
Книга «Осторожно, Марцев!» – это мемуары от первого лица, без цензуры и недомолвок. Написана простым разговорным языком: с шутками, крепким словцом и огромным количеством диалогов.
Каково это – провести детство в доме, где жил Машеров, заработать в 90-е немыслимые деньги на полукриминальных операциях и вложить их в журналистику? Иметь пять жен, газету «БДГ», журнал «Имя», добиться веса и влияния в Беларуси, а потом – потерять все?
Формат книги – «кирпичик», который легко помещается в карман пиджака. Обложка – яркая и заметная, чтобы парень в метро на соседнем сидении сказал: «А, ты тоже «Марцева» читаешь!» Да, вы прочтете его одним махом часа за четыре, потому что оторваться будет невозможно.
История знакомства героя с автором книги
Почему известный издатель и бизнесмен Петр Марцев рассказал эту историю молодой журналистке Саше Романовой? Потому что знал, что она пойдет до конца, но опубликует книгу.
«Он был фантастический рассказчик: говорил как по писаному целыми главами – меня то слезы душили, то живот надрывало от смеха. В 2009 году я начала два-три раза в неделю приходить с диктофоном в офис «БДГ» на улице Чкалова», – говорит Саша Романова.
«Когда я готовила книгу, то столкнулась с ревностью со стороны тех, кто знал Петра намного лучше меня. Все они помнили его разным, но одинаково уже отлитым из бронзы. А мне чертовски не хочется некрологов и чествований. Я банально хочу, чтобы у белорусов был живой герой. У нации, язвительных шуток про которую больше, чем восхищения, должен быть свой бунтарь и сорвиголова, который дерется, любит женщин и говорит на том же языке, что и жизнь. Чтобы перестать стыдиться собственной страны, нам нужен пророк в своем отечестве, правда?», – объясняет Романова.
Автор работала над книгой семь лет и говорит, что если бы она вышла при жизни Петра Марцева, то он убрал бы оттуда половину реальных имен.
Петр Марцев (1962 — 2014) — белорусский журналист и издатель. Один из наиболее известных и авторитетных деятелей независимых постсоветских медиа. Внезапно умер в расцвете лет от острого лейкоза.
Фрагменты из книги «Осторожно, Марцев!»
О городе Минске и его памятниках
Это было в конце 60-х. Люк танка возле Дома офицеров изначально не был заварен. Военная машина была абсолютно доступна для игр, внутри висели какие-то обрывки проводов, торчала ржавая ручка, очень интересная: круглая, как на жерновах. Мы с Димой̆ и Андреем залезли в этот танк и стали крутить ручку, пока башня с дулом не развернулась в сторону Центрального комитета коммунистической̆ партии. На следующий день по близлежащим школам (а это школы No2 и No4) пошли милиционеры — видимо, какой̆-то «цэковский» начальник выглянул в окно и заметил направленное на него дуло. По этому поводу было организовано целое расследование, и меня кто-то заложил…
О советской журналистике
Савелий Павлов меня никогда не любил. Он не хотел, чтобы его дочь связывалась со мной̆, и запрещал нам встречаться. В моем детстве у нас были перепалки из серии: «Чего ты к моей̆ дочке цепляешься?» — «Я не цепляюсь, она сама хочет». После моей заметки про Куропаты Павлов вызвал меня в ЦК и сразу начал орать:
— Щенок, твою мать, пишешь всякое говно! Обложил весь ЦК компартии Беларуси, обосрал республику! — кричал он по-свойски, потому что знал меня с детства.
А я запарился, забыл, что нахожусь в ЦК, и стал отвечать, как шпана во дворе:
— Ну, а какого хрена вы народ разогнали? Газом полили! Я что, болван, чтобы меня дубинками мутузить?
Рядом стоял пожилой̆ мужчина референт. Не знаю, сколько он в ЦК работал, наверное, еще Сталина помнил. Но такого текста в этих стенах он уж точно никогда в жизни не слышал. Чтобы какой̆-то журналист мог так ответить самому Павлову? Но я забыл, что мы в кабинете, а он партийный босс, поэтому отвечал так, будто он меня в подъезде встретил. Последовала пауза. Потом Павлов сказал:
— Вон! Чтобы я тебя больше не видел, — а когда я подошел к дверям, добавил: — И в журналистике тебе больше делать нечего.
О хулиганах Минска
Я абсолютно точно должен был сесть в тюрьму в 1977 году, когда состоялась та знаменитая драка на «Динамо». Мы дрались в скверике над стадионом. Он тогда был пустым и неухоженным, даже скамеек не было — отличное место, где можно было без проблем начать драку. Билось полсотни человек, причем по-жесткому. Я уже видел перед собой̆ кастеты и велосипедные цепи, а потому взял коньки за лезвия и просто дрался коньками, сидя на ком-то и лупя по сторонам в беспамятстве. Тут меня сзади потянули. Я подумал, что это соратник товарища, на котором я сижу, и отмахнулся коньком назад — рассек лицо милиционеру. В пылу драки мы даже не заметили, что в сквер приехал наряд. Мое действие означало одно — нападение на лицо, находившееся при исполнении служебных обязанностей̆…
О личной жизни
Ее брат приехал к нам домой̆ на Комсомольское озеро и с порога стрельнул в меня из охотничьего ружья. Представьте: звонок в дверь, я открываю, он толкает меня так, что я по коридору отлетаю на кухню — и стреляет. Разнес дверной̆ косяк, и только после этого немного протрезвел, сел на пол и заплакал. Дело было днем, мамы дома не было. Только Оля стояла офигевшая, потому что все произошло мгновенно. Я отчетливо помню, как он сидел и плакал с ружьем в обнимку, а все вокруг было в дыму. Но это была удача! За выстрел и покушение на убийство полагается уголовная статья, он должен был сесть в тюрьму. Когда Оля это сообразила, она начала умолять:
— Петь, ты только ничего не делай. Не ходи в милицию, потому что его посадят!
Брат тоже сидел грустный, такой здоровый лось с двумя извилинами в голове. А я уже психологически оклемался:
— Оля, ну ты понимаешь, что после такой истории мы с тобой жить вместе не сможем?
— Да, понимаю.
— Тогда договоримся так: мы разводимся, ты уезжаешь, а я не подаю заявление в милицию.
О криминальных 90-х
Стрелки тех времен, как правило, проходили в чистом поле на шоссе возле леса. Все было как в кино: съезжались машины, из них выскакивали бандиты с автоматами. На ту стрелку приехали воры в законе, курирующие Тольятти, заместитель начальника таможенной службы, работник Комитета госбезопасности области и начальник отдела департамента внешних связей Минской Епархии — такой отец Федор в рясе. Это был паноптикум. Я впервые увидел, как проходит сценарий бандитских стрелок: сначала на обсуждение предлагается общая ситуация. Потом вперед вышел Комиссар:
— Почему ты приехал один?
Я говорю:
— Уполномоченный, потому и приехал.
— Ты храбрый парень. Без охраны?
Я говорю:
— Да.
На самом деле я не знал, что нужно с охраной, да и никакой охраны у меня на тот момент не было.
Но в этой банде нашлось несколько человек, которые сказали:
— Мы его знаем. Он по малолетке рулил на Абиссинии.
Комиссар спрашивает:
— Сейчас чем рулишь?
— Ну, автомобилями.
Сделать предзаказ книги можно на сайте ulej.by


Categories: Мараль

Пакінуць адказ

Fill in your details below or click an icon to log in:

WordPress.com Logo

You are commenting using your WordPress.com account. Log Out / Змяніць )

Twitter picture

You are commenting using your Twitter account. Log Out / Змяніць )

Facebook photo

You are commenting using your Facebook account. Log Out / Змяніць )

Google+ photo

You are commenting using your Google+ account. Log Out / Змяніць )

Connecting to %s

%d bloggers like this: